«Коронавирусные претензии» юристы боятся рассматривать

С непростой ситуацией столкнулась одна из жительниц Курской области — дочь погибшей от коронавируса санитарки первой городской больницы Курска. Доказать, что ее мама заразилась на рабочем месте и пострадала по вине работодателя, женщина не может. Юристы, к которым она обращалась, также не рискуют браться за это дело, да и суд не спешит принимать его на рассмотрение. Но самое печальное в этой истории то, что при нынешнем положении дел, на месте Анны, так зовут дочь погибшей, могут в любой момент оказаться и родные других медработников, работающих в «грязной» зоне.

Печальное стечение обстоятельств, или следствие массовых нарушений? Этим вопросом сегодня задаются родные Татьяны Сазоновой. Когда весной только-только начиналась волна заражений, а о том, как диагностировать и лечить COVID-19 не было ни малейшего представления, сразу в несколько больниц опасное заболевание было случайно занесено бессимптомными пациентами, а также теми, у кого на тот момент, как считалось, была лишь легкая простуда. Одним из очагов оказалась и городская больница №1 Курска имени Короткова.

Несмотря на то, что еще до прихода пандемии в нашу страну, было понимание, что коронавирус тяжелее всего проходит у людей пожилого возраста и пациентов, страдающих определенными хроническими заболеваниями, не все организации, в том числе и здравоохранения, в первые дни охотно отпускали таких сотрудников в досрочный отпуск или на удалёнку. Не удалось сесть на самоизоляцию и Татьяне Сазоновой. Дочь погибшей вспоминает, что мама несколько раз предпринимала попытки поговорить с руководством медучреждения, однако регулярно получала отказ, сводившийся к простому «а кто работать будет?» Отпуск, который по графику должен был начаться у нее еще 10 апреля, в итоге был перенесен на второе мая. И это при том, что именно с десятого апреля всех курян, у которых были хронические заболевания, региональное управление Роспотребнадзора просило, чтобы работодатели отправили на самоизоляцию. В случае с Татьяной Петровной этого не произошло. Как итог, во время смены 22 апреля, женщина почувствовала себя плохо и ушла на больничный. Ей было сказано: станет хуже — приезжайте, нет — больше лежите и пейте травки. Но к 25 апреля состояние курянки стало резко ухудшаться, в ход пошел антибиотик. А уже 27-го ей пришлось приехать на прием. Однако надежды на то, что ее госпитализируют не оправдались.

Татьяне Петровне пояснили, что больницы забиты, мест в палатах нет, а инфекционист порекомендовала ей пить молоко с медом. Ни температуру, ни сатурацию женщине в тот прием так и не измерили. Муж курянки после этого набрал номер младшей дочери, которая работает также в медицине, и она на собственной машине отвезла маму в Золотухинскую ЦРБ на рентген, после которого Татьяну Петровну сразу же положили в больницу в поселке Солнечный. Там же у нее взяли анализ на COVID-19. На следующий день, когда ей позвонила инфекционист с места работы, женщина рассказала, что у нее пневмония, хотя в первой больнице и настаивали на том, что речь идет максимум о бронхите. Более того, рассказала лечащему доктору, что начала задыхаться и в стационаре ей дают кислородную маску. Тридцатого апреля пришли два положительных теста на коронавирус. Женщину перевели в Курск на Пирогова в реанимацию, поскольку ее состояние становилось все хуже. Третьего мая Татьяну Петровну подключили к аппарату ИВЛ, а уже шестого она умерла.

«Что касается каких-либо выплат, то о том, что они положены, мы даже не догадывались. В бухгалтериюГБ №1 мы обратились, чтобы получить мамину зарплату и больничные, а также отпускные. Именно там нам указали, что случай является страховым и направили в соцстрах, мол, разбирайтесь, - вспоминает дочь погибшей, - но для того, чтобы в соцстрахе делу дали ход, должно быть заключение комиссии, из которого бы следовало, что заразилась она на рабочем месте. Вот только назначать эту комиссию никто не собирался. Добиться получения заключения нам удалось только после вмешательства Золотухинской ЦРБ. Да и то, в документе говорилось, что заражение произошло после контакта с неустановленным лицом. Но на самом деле определить то самое лицо не составит труда. Было бы желание. 17-го заболела одна из процедурных медсестер, а позднее у нее подтвердился коронавирус. Но поскольку она была в отпуске с десятого апреля, выплат никаких не получила. Все свели к тому, что во время отдыха она и заразилась. О том, что инкубационный период продолжается порядка двух недель все как-то «случайно» забыли. Двадцать второго мама заступила на работу, но уже к обеду у нее поднялась температура. 23-го те же симптомы появились и у медсестры, работавшей с ней в одной смене. Затем заболели еще двое докторов. Как ковид оказался в больнице? Догадаться несложно. Еще в начале апреля сюда из БСМП, где на тот момент уже была вспышка, перевели женщину с двухсторонней пневмонией. Был ли у нее коронавирус? Мама рассказывала, что тест, взятый у пациентки, был отрицательным, но, как показывает практика, когда вирус спускается уже в легкие, мазки из зева или носа не показательны и вполне могут дать ложноотрицательный анализ. Во всяком случае, перевозили эту женщину со всеми предосторожностями, положенными при работе с потенциально больным коронавирусом пациентом. Сразу же после ее прибытия у всех взяли анализы на COVID-19 и провели дезинфекцию. Значит, понимали, что тест может быть и ложноотрицательным? По всей видимости, именно от этой женщины пошло общее заражение. Четырнадцатого апреля эту пациентку, насколько я знаю, перевели в Семашко».

Пациенты, которые на тот момент находились в горбольнице №1 Курска, также вспоминают, что в один из дней туда вызвали военных для проведения дезинфекции помещения. Видимо, произошло это как раз тогда, когда сюда доставили на долечивание больных из БСМП. А дальше произошло необъяснимое ни с точки зрения простой обывательской логики, ни с точки санэпиднорм. Весь персонал и больных, которые на момент приезда санбригады находились на этаже, согнали в одно помещение. При этом среди тех, кто там оказался, были и люди, ожидавшие результата анализа на коронавирус, и те, кто еще точно не был им болен. Тут же у всех были взяты тесты, которые оказались отрицательными. Но, спустя несколько дней, те, кто пережидал дезинфекцию в одном помещении, внезапно почувствовали себя плохо, стали заболевать друг за другом. Однако уже после выписки, у людей подтвердился коронавирус. Большинство из них затем продолжили лечение уже в ковидариях. Кто-то до сих пор не может восстановить здоровье. Больных без проведения рентген-исследования, без проверки сатурации, начали спешно выписывать или переводить в другие медучреждения. А уже 30 апреля Роспотребнадзор закрыл на две недели на карантин данное отделение.

Об этом близкие Татьяны Сазоновой узнали уже после того, как попытались обратиться в бухгалтерию медучреждения, чтобы получить невыплаченную их родственнице зарплату.

«Мама работала без СИЗа, потому что им он вроде как не полагался, это же не ковидарий, чего вы боитесь... В отпуск уйти ей также не дали, хотя и по возрасту, и по состоянию здоровья она вполне могла отправиться на отдых, а оттуда — перейти на самоизоляцию. После многочисленных ее обращений, ей разрешили все же уйти на несколько дней на отдых, но только со второго мая. Она просто не успела... - Вспоминает дочь погибшей, - мы пытались обращаться и в трудинспекцию по этому вопросу, но там в ходе проверки нарушений не выявили. Мол, заявление на отпуск было. Правда, написано не ее рукой, но подпись стоит ее... Очень хотелось бы увидеть этот документ».

Понятно, что искать реальную причину из-за чего и главное где и от кого могла заразиться женщина, никто не собирается. Ее родным озвучили уже и версию с тем, что она могла подхватить вирус в общественном транспорте по дороге на работу, при том, что на смены ее возил муж на собственном автомобиле, да и по магазинам пенсионеры лишний раз не ходили. Была и версия о том, что коронавирус принес домой зять, простывший, когда помогал другу заливать фундамент и пролежавший в областной клинической больнице три дня из-за возникших проблем с легкими. Вот только дети и их семьи не просто жили отдельно, причем в разных уголках Курской области, но и тот самый муж дочери заболел тогда, когда у самой Татьяны Петровны COVID уже подтвердился. Причем, как считают в семье, заразился он от тещи, которой привозил антибиотик для лечения. В итоге была принята за рабочую версия «краткосрочного контакта с неустановленным источником».

Анна говорит о том, что руководство медучреждения настаивает, что ни у кого из пациентов в момент, когда заразилась санитарка, не было подтвержденного лабораторно коронавируса. Мол, все случаи были зарегистрированы позднее. О том, что у отдельных больных это инфекционное заболевание уже подозревали, а также о пресловутом инкубационном периоде, все как-то забывают. «Согласно 313 указу президента, право на выплаты наступает в случае, если произошло заражение на рабочем месте, но у нас этот указ просто игнорируют. При том, что руководство больницы знало о переводе по меньшей мере двоих пациентов из БСМП, где уже фиксировали очаг заболевания. Опять же, они ведь вызывали для дезинфекции военных, то есть знали, что с этими больными на территорию больницы мог быть занесен коронавирус. Сегодня руководство медучреждения настаивает на том, что заражение произошло где-то еще и с работой без СИЗ в палатах явно больных людей оно не связано. Ну как же так?»

Несмотря на то, что на месте родных Татьяны Сазоновой сегодня могут оказаться семьи и других медработников, полной солидарности среди них нет. Татьяна Петровна подробно рассказывала дочерям о том, что происходило в больнице в первые дни пандемии, и не доверять ее словам у них нет оснований. Но при этом Анна сомневается, что кто-то из бывших коллег погибшей согласится прийти в суд и не осуждает их: лишиться рабочего места никто не захочет.

В Роструде, куда обращались родные женщины, посчитали, что нет нарушений в том, что пожилую курянку, у которой были сахарный диабет, а также ряд сопутствующих заболеваний, о которых работодатель знал, не отпустили на самоизоляцию. Мол, она должна была продолжать работу, а досрочный отпуск ей мог быть предоставлен лишь по соглашению сторон. То, что женщина относилась к группе риска, здесь не подтвердили, хотя уже давно известно, что для людей с диабетом, также, как и для астматиков, коронавирус особенно опасен. Что касается профзаболевания — заражения на рабочем месте — с этим рекомендовали обращаться в суд. Вот только с последним как раз и возникли трудности. Адвокаты браться за дело не рискуют: прецедентов еще не было в стране, а быть первопроходцем и набивать шишки не многие решатся. Между тем составленное не юристом заявление суд уже один раз отклонил. Для того, чтобы все-таки добиться справедливости, а дело приняли к рассмотрению, родным Татьяны Сазоновой необходимо прикрепить доказательства, в том числе медицинские документы, которые, вот неувязка, на руки им получить невозможно, но которые у медучреждения может истребовать сам суд. Получается замкнутый круг. В облздраве в ответ на обращение дочери погибшей ответили, что начатая МВД и следственным комитетом проверка затягивается из-за необходимости дополнительно ознакомиться с документацией. Сколько она продлится — предположить сложно.

«Мне часто снится мама, - признается дочь женщины, - она успокаивает меня, говорит, что получилось, как получилось. Что правду доказать все равно не удастся, смирись. Но я должна знать, что сделала все, что от меня зависело. Чтобы просто успокоить свою совесть, потому что мне с этим сознанием еще жить. Мы не уберегли маму, но, может быть, если создать резонанс, удастся спасти других людей, тех, кто, как и она, несмотря на то, что относится к группе риска, вынужден выходить на работу, в том числе в грязную зону, рискуя каждый день заразиться».

С самого начала пандемии мы не раз поднимали вопрос, как на самом деле происходит обеспечение медучреждений СИЗами и средствами дезинфекции. Красивые показатели на бумаге очень часто расходятся с тем, что происходит на самом деле. И об этом не раз заявляли и сами медики, но до сих пор так и не были услышаны. Если весной все можно было свалить на стихийность случившегося, то не наведенный до осени порядок в здравоохранении вызывает массу вопросов. Теперь сослаться на то, что нет ясности в том, как организовать работу с ковид-положительными пациентами, уже не получится. И в этой ситуации ужасно не только наплевательское отношение к самим медработникам, которые сегодня находятся на передовой, но и то, что даже рискуя на каждой смене здоровьем и своим, и своих близким, которым они рискуют привезти из больницы заразу, люди не могут рассчитывать ни на какую помощь со стороны работодателя, ни на какие страховки, случись что.

На большой пресс-конференции губернатора, где подводились итоги двухлетней работы Романа Старовойта на Курской земле, мы рассказали об этой ситуации, а заодно попросили взять это дело на особый контроль и помочь не только семье Татьяны Сазоновой, но и сделать так, чтобы в аналогичной ситуации не оказались семьи и других пострадавших медработников. Как заметил Роман Владимирович, с подобными вопросами можно обращаться на номер «горячей линии» по выплатам, и в последнее время звонков туда стало заметно меньше, что говорит о том, что ситуация понемногу выравнивается. Он же пообещал лично разобраться в этой конкретной истории. Контакты родных Татьяны Сазоновой мы передали пресс-секретарю губернатора Анастасии Гуриной, которая уже буквально на следующий день сообщила, что Роман Старовойт лично ознакомился с делом, оно находится под контролем, им занимается заместитель главы региона Андрей Белостоцкий. Казалось, можно выдохнуть. Вот только, как рассказала дочь погибшей - Анна, и на телефон «горячей линии» они не раз обращались, и личные сообщения руководителю области писали — воз и ныне там. «До сегодняшнего дня с ними никто так и не связался».

Удастся ли добиться правды, или все ограничится громкими обещаниями — предположить сложно. Однако, хочется верить, что после того, как в прямом эфире губернатор пообещал сделать все возможное для родных погибшей санитарки, команда его не подведет и все же найдет время заняться этим случаем и добиться того, чтобы справедливость восторжествовала.

Читайте также: 

COVID-19 взял смертельный разбег: не стало еще трех курянок

Рыльская ЦРБ посылает сигнал SOS

Новый курский ковидарий из Госпиталя ветеранов войн: подробности

«Мы в курсе ситуации в Рыльской ЦРБ»: виноват один главврач?

Фото Татьяны Сазоновой - из семейных архивов. Редакция приносит искренние соболезнования родным и близким Татьяны Петровны. Царствие ей небесное!

#общество #здравоохранение #коронавирус #карантин #самоизоляция #статистиказаболевших #статистикаумерших #горбольница1Курска #МВДКурск #Роструд #соцстрахКурск #выплатымедикам #РоманСтаровойт #АндрейБелостоцкий
Добавь Kursktv.ru в список своих источников


Комментарии ( 0 )

Сначала новые
Сначала старые
Сначала лучшие

АВТОРИЗУЙТЕСЬ ЧЕРЕЗ СОЦ.СЕТИ
ИЛИ ВОЙДИТЕ КАК ГОСТЬ

Войти

Похожие статьи

Автобусный тур на «Ozzy Osbourne» из Курска
Врио губернатора Курской области побывал на заседании Совета при полномочном представителе Президента РФ в ЦФО
Куряне раскопали артснаряд
Курское зерно потребляют не только куряне
Ущерб от свалки в Курске составил более 31,5 миллиона рублей

SuperJob.ru

Еще в рубрике

17:59
Скандальную закупку на миллиард отменили

17:49
Курский силач поставил мировой рекорд

17:26
В Курской области две лисы оказались носителями бешенства

16:59
Регион закупил мобильные пункты на случай ЧС

16:13
Диагноз – профнепригодны, или «реактивов нет»

15:55
Беларусь укрепит с Курской областью «цифровые» связи

15:12
Изменилась плата за наем жилья в Курске

Какого цвета должен быть Знаменский собор??


ПОСЛЕДНИЕ КОММЕНТАРИИ

Реклама


Новости СМИ2